![](https://www.pravmir.ru/wp-content/uploads/2024/08/close-up-little-girl-learning-draw-936x560.jpg)
![](https://www.pravmir.ru/wp-content/uploads/2023/08/nataliya-romanova-afrikantova_2.png)
Наталия Романова-Африкантова
«Мой ребенок чуть ли не интегралы берет»
— Осенью родители ведут ребенка на подготовку к школе, «чтобы потом было легче». А будет ли? И как понять, надо оно ребенку или нет?
— Многие по-прежнему считают, что самое главное — научиться читать, писать и считать. Но представим, что школа — это забег. И часто вместо того, чтобы отдельно готовить выносливость и технику бега, мы ищем способ пробежать вперед и начать забег на километре от старта. Это самая большая проблема такой подготовки. На самом деле ребенка нужно готовить функционально.
— Что это значит?
— Функционально зрелый ребенок может сам планировать и организовывать свою учебу, контролирует себя, не отвлекается на уроке, замечает, если отвлекся, умеет вернуться в работу, слышит учителя, понимает его, тормозит себя, когда хочется сделать не то, что сейчас надо, и так далее.
К тому же в норме дошкольники дальнозорки. Я считаю, что один из признаков школьной готовности — это еще и физиологическая зрелость зрения. Потому что школа предполагает работу на ближнем фокусе: работу в тетради, работу с учебником. И когда мы начинаем за два года до школы учить ребенка читать, писать и решать примеры в специальной тетрадке, для него это физиологически не очень правильно и полезно.
Часто получается, что у детей нет совсем базовых навыков, хотя при этом есть знания, за которыми вообще-то в школу и приходят. Вот мама с ребенком к первому классу задачки порешала, книжки почитала, прописи попрописывала. Через месяц спрашивает: «Скажите, пожалуйста, ну как там мой?» И учительница говорит: «Был входной контроль, ваш ребенок не выполнил задание, не нарисовал в тетради три зеленые точки».
Мама начинает жутко возмущаться: «Послушайте, да мой ребенок уже чуть ли не интегралы берет! Это вы скучно преподаете и не можете замотивировать». Но что получается по факту?
Дома эта мама занимается с ребенком, сидит напротив: «Так, возьми ручку. Вот эту ручку. Открывай вот эту страничку. Сюда смотри. Считай. Сколько будет 3+5? Да, молодец. Вот сюда я тебе пальчиком показываю, куда ответ вписать. Переходим к следующему примеру. Не на эту страничку, а вот сюда смотри». К концу странички мама уверена, что ребенок научился считать. Но на самом деле считать научатся все дети.
— Без вариантов.
— Да, давайте будем честными. Счет в пределах десяти освоит даже ребенок с легкой умственной отсталостью. Но ребенок, который «всему научился», приходит в школу, и получает входной контроль. Учительница просит нарисовать в тетради три зеленых точки.
Фактически это задание намного шире. Открой пенал и тетрадь, достань из пенала карандаш. Вспомни в этот момент, какого цвета нужен карандаш. Достань его, все еще удерживая в голове, что там надо было рисовать: точки, кружочки, квадратики, зеленые или красные? Нарисуй три точки и вовремя остановись, не начни рисовать, как привык, до конца строки.
И ребенок не справляется. Тетрадку открыл, а карандаш не достал. Или отвлекся на то, какой у него классный пенал, и начал показывать соседям, что у него динозаврик на резинке. И вроде бы ребенок знает все то, чему его должны были учить в первом классе, но самостоятельно учиться не может.
— То есть вовсе не обязательно, если ребенка заранее научили читать, писать и считать, он в началке станет отличником?
— Я абсолютно уверена в том, что оценки в начальной школе не зависят от качества подготовки. Они зависят исключительно от функциональной зрелости ребенка. В средней школе, чтобы стать отличником, важно иметь определенный уровень интеллекта. Справиться с алгеброй как с абстрактным предметом, если у тебя уровень мышления средний или ниже среднего, трудно.
А в начальной школе отличниками станут функционально зрелые дети — независимо от того, как их академически готовили.
Чтобы прописи были на пятерку, должен созреть постуральный контроль, то есть умение поддерживать позу, зрительно-моторная координация и так далее.
При этом вчерашние троечники позже могут стать хорошистами и отличниками. Классический мальчик, как представляют его авторы детских книжек, который на месте не сидит, все время отвлекается, медленно писать не может просто в силу своего темперамента, вполне себе в начальной школе получает тройки и даже двойки. Но если там нет истинного синдрома дефицита внимания, классу к 7-8-му такой мальчик неожиданно для других может стать победителем олимпиад, отличником и гордостью школы. Поэтому не расстраивайтесь, если ваш ребенок в начальной школе троечник.
Подмена учебы игрой
— Будет ли учителю легче, если часть класса уже академически подготовлена?
— Обычно этого запаса хватает аккурат на первый класс. Нет оценок, и ребенок выезжает на том, что с ним прошли программу. Чаще всего ко мне как к специалисту родители обращаются на осенних каникулах после второго класса: оказывается, у детей функционально что-то не было сформировано.
Учителю будет легче, когда дети функционально зрелые. Родителям иногда кажется, что их ребенок слишком умный, поэтому ему скучно на уроках, он уже и так все знает. Но, например, один из основных компонентов школьной зрелости — произвольное внимание. У нас почему-то считается, что учитель у доски должен устраивать феерию, чтобы привлечь внимание ребенка. Но когда детям нескучно, работает непроизвольное внимание, внимание дошкольное!
— Получается, песни и пляски у доски — это методики, которые не относятся к учебе.
— Да, к нашему сожалению, учеба остается ведущим видом деятельности на очень короткий срок, фактически только в начальной школе. Со средней это уже общение со сверстниками. До школы ведущий вид деятельности — игра.
И мы получаем совсем небольшой срок, чтобы сформировать метапредметные навыки, которые нужны для учебы, в том числе произвольное внимание. Некоторые школы, особенно альтернативные, говорят: «Мы так заинтересуем, что интересно будет всем». Мы можем действительно сделать так, чтобы никто не скучал, но это подмена учебы игрой. Да, в игре мы можем выучить цифры и буквы, они у нас останутся в памяти. Учебные навыки мы при этом не сформируем.
— Как мы можем дома тренировать ребенка, чтобы он учился слушать?
— Это тренируется в повседневной жизни. Например, научиться не перебивать, ждать, терпеть. Научиться ровно сидеть за столом. Вести беседу за столом — вообще прекрасная тренировка огромного количества навыков.
Вы всей семьей садитесь за красивый стол, с приборами, и общаетесь, слушаете, как говорят другие. Ни в коем случае не ругайте ребенка, если он перебивает, но подсказывайте все время: «Подожди, пожалуйста. Дай закончить. Слушай внимательно». Это в том числе тяжело взрослым, мы сами отвыкли от такого.
Мячик, перьевая ручка и непроливайка
— С какого возраста пора лежать в сторону школьной подготовки и на что обращать внимание?
— Лежать в ее сторону нужно с рождения. Умение ровно сидеть, удерживать позу и координировать свои конечности в пространстве начинается как раз в этом возрасте. Если ваш ребенок будет вертикализироваться не в манеже, где толком не переведешь взгляд с дальнего фокуса на ближний, а на улице, это уже очень полезно.
Задача первых трех лет жизни — качественное крупномоторное развитие. Гулять, гонять мячик, лазать, переворачиваться. Вестибулярная система распознает положение головы относительно линии горизонта, поэтому надо обязательно играть в те игры, в которых это положение меняется: кувыркаться, висеть вниз головой, играть в «тише едешь — дальше будешь», учиться резко останавливаться. Это всё те навыки, которые готовят к школе.
Ведь что такое чтение функционально? Это в том числе окуломоторный контроль, когда ты глазами ведешь по строчке: плавно-плавно, не перепрыгивая, с той скоростью, с которой ты можешь сейчас себе позволить. Где этот навык тренируется? В игре с мячом — когда ты следишь за ним глазами.
А у нас на подготовку к школе ходили, буквы знают, цифры знают, но не могут поймать мячик для большого тенниса.
Дальше мы учимся ровно сидеть. Наши тела в процессе эволюции стулья получили не так давно. Сидеть на стуле — это навык. Чтобы удерживать себя ровно, не опираясь на ручку, надо постараться. Часто ребенок, не имея дополнительной точки опоры, не имея достаточной крепости верхнего плечевого пояса, опирается на ручку. Попробуйте сами опереться и красиво что-нибудь написать.
Моя любимая история: «Ребенку в школе скучно, и в этом виноваты, конечно, учительница и школьная программа». При этом ребенок самостоятельно поесть, сидя ровно и без гаджета, не может. Просто сесть за стол, взять вилку и нож и, не отвлекаясь на мультики, съесть макароны с отбивной. У нас эта задача недоступна огромному количеству семилеток.
— Что с этим делать?
— Тренируем произвольность. Нужно, чтобы ребенок ел сам, с семьей, без гаджетов, чтобы мама смотрела за тем, как он сидит, как он держит спину, и не ругала.
Плюс ко всему важно тренировать мелкую моторику кисти и зрительно-моторную координацию. Нам показывают прописи 50-60-х годов прошлого века: «Какая красота! Какие были красивые каллиграфические буквы у семилеток в те года! Это потому что писали перьевой ручкой». Перьевая ручка — да, она естественно замедляет темп письма и не ходит, как шарик, на 360 градусов. Но основной секрет в другом.
Если вы современному семилетке дадите перьевую ручку, совершенно не факт, что прямо завтра она поможет. Дело как раз в мелкой моторике кисти и зрительно-моторной координации. В те годы семилеткам, например, показывали, как отпарывать, гладить, стирать и пришивать воротнички и манжеты к школьной форме. Через неделю подразумевалось, что первоклассница делает это сама. Представить родителей, которые сейчас могут позволить такое семилетней девочке, сложно. Хотя поверьте мне, я проверяла, современные дети могут с этим справляться.
То же самое касается шнурков. Неврологическая советская норма подразумевала, что ребенок должен в 5 лет научиться завязывать шнурки. И он с 5 до 7 лет как минимум три раза в день сам их завязывал. Аналогичная ситуация с тем, что дети умели намазывать себе бутерброды, что-то резать.
Что происходит сейчас, причем с самого раннего возраста, когда формируется зрительно-моторная координация? У тебя есть непроливайка, которую можно схватить со стола и поднести ко рту с ошибкой плюс-минус километр. Ничего страшного не случится.
А еще до 4 лет тебя будут кормить с ложки, чтобы ты не пачкался.
Но чтобы не пачкаться, тебе нужно учиться совершать все более точные движения, их ты оттачиваешь, когда учишься пользоваться ложкой, вилкой и чашкой. А эти более точные движения как раз влияют на то, насколько точно ты напишешь букву. Красивая буква — это плюс-минус миллиметр.
«Бери тетрадку, открывай дневник»
— Что поможет ребенку стать более самостоятельным, чтобы потом он делал домашние задания без мамы с папой?
— Важно, чтобы за год до школы у ребенка появились какие-то обязанности относительно самого себя. Например, ты с вечера всегда готовишь себе носочки-трусики на утро, достаешь платье из шкафа и на стул около кровати сама аккуратно складываешь, а утром надеваешь. Если ходишь в бассейн, то после бассейна сама из рюкзака достаешь купальник и кладешь его в стиральную машину.
Если мы говорим про домашнюю работу, то в первом классе ребенку важно помочь научиться ее делать. Нам это кажется очень простым: «Ну что тут непонятного?» А для ребенка выстроить последовательность шагов может оказаться сложно. Мы в течение первого полугодия можем именно помогать. Не говорить «Так, бери тетрадку, открывай дневник», а «Что тебе нужно, чтобы сделать домашнюю работу? Угу, отлично, собирай, иди, садись. Что ты сейчас будешь делать? Да. А где ты можешь это узнать? Отлично».
Кому-то из детей нужно будет, чтобы мама сидела рядом. Приведу простой пример. Ребенок пишет прописи, а у него не сформирован вектор, и он пишет элементы букв снизу вверх. Вот это хорошо бы отследить, потому что, когда ему нужно будет элементы соединить в букву, будет принципиально, в какую сторону он пишет. Но у такой поддержки ограниченный срок.
— В школе начнется «Отступаем две клеточки вниз, три между столбиками, иначе минус балл», как вы относитесь к такому?
— Поверьте мне, если правил не будет никаких, дети начнут писать с середины страницы. Им правда так удобней, им правда так кажется логичней, потому что ты открываешь — и взгляд падает именно туда. Дети действительно могут и будут писать, располагая тетрадку как альбом. Поэтому правила нужны. В этом возрасте самостоятельно сформировать пространство листа так, чтобы самому потом понять, что у тебя где, сложно.
Я видела тетрадки некоторых альтернативных школ и тетрадки детей на семейном обучении, когда родители уходили из государственной школы, чтобы ребенка не мучили клеточками. Мама сажает ребенка делать задание, которое она ему на семейном обучении дала, а ребенок пишет одну задачу вертикально на первой страничке, вторую задачу — в конце тетради, переворачивая тетрадь, как альбомный лист, а схему где-то еще.
Без правил многие дети будут писать пример — и тут же в следующей клеточке новый пример. Ребенок, пока пишет, знает, что у него здесь закончился один пример и начался другой, а потом уже сам не может отличить. Если мы уберем правила, в тетради будет каша. Не у всех. Разумеется, исключения возможны. Но в большинстве будет каша.
Здесь другой вопрос. У функционально зрелого ребенка эти требования не должны вызывать проблем. Ему эти правила достаточно один-два раза выслушать и немного закрепить. Там ничего сверхъестественного нет.
А вот если ребенок систематически правила забывает или неправильно, не в ту сторону отсчитывает, значит, либо не созрело зрительно-пространственное восприятие, либо произвольное внимание и контроль. Бесполезно за это ругать. Нужно понять, почему ребенку это сложно дается и как ему помочь, чтобы требования не вызывали у него больших сложностей.
Двойка родителю
— Специалисты говорят про «эмоциональную готовность» к школе. Что она включает?
— В первую очередь навык контролировать свои эмоции, когда ребенок понимает, что если ему вернули листочек с плохой оценкой, то не надо этот листочек рвать, не надо рыдать прямо здесь, не надо выбегать из класса. Причем есть две стадии. Первая – способность контролировать свои эмоции в рамках социально приемлемых норм: например, не лезть в драку, когда ты очень зол. Вторая — и это уже высший пилотаж, не про начальную школу, — умение контролировать эмоции так, чтобы они не мешали тебе самому, чтобы ты мог их отслеживать и понимать.
Еще я бы добавила умение воспринимать эмоции других людей и соответствующе на них реагировать. Когда ты, например, видишь, что одноклассник в истерике, и можешь деликатно с этим справиться.
Эмоциональная готовность, с моей точки зрения, это еще и созревание дифференцированной самооценки. У дошкольника самооценка «я хороший/я плохой». И другой человек для него тоже может быть либо хорошим, либо плохим. Дифференцированная самооценка — это «я лучше, чем Вася, играю на фортепиано, а Вася лучше играет в футбол». Если она не созревает, у нас будет «хороший мальчик» или «хорошая девочка», когда хорошим нужно быть абсолютно во всем.
— Как научить ребенка адекватно относиться к оценкам?
— У нас даже в языке существуют слова «отличник» и «двоечник». Попробуйте перевести эти слова на другие языки. Вы будете удивлены, что в огромном количестве языков аналогичных слов просто нет, вам придется говорить «человек, который получал в школе только пятерки», «человек, который в школе учился на двойки».
А у нас язык подсказывает, что школьная оценка — это как будто немножко оценка самого человека. Иногда, к сожалению, и множко. Поэтому, во-первых, сам взрослый должен разделить школьную оценку и оценку ребенку. Нам сложно. Более того, у нас часто родители воспринимают школьную оценку как оценку себе: «Если у него двойка по математике, это мне двойка как маме/папе».
Оценка — это обратная связь от конкретного учителя по конкретному предмету за конкретную работу.
Оценка нужна, но не чтобы решить, хороший ты сегодня или плохой, а чтобы дать тебе обратную связь и показать, что можно улучшить.
Замечательно, что мы стали более внимательны к эмоциям детей, стали понимать, что детей нельзя бить и что нельзя пренебрегать их чувствами. Но строго по законам физики маятник качнулся в обратную сторону. Родители начали думать, что ребенок не должен испытывать отрицательные эмоции. Но как учиться контролировать гнев, печаль, расстройство, если родители не дают дошкольнику их испытывать и сразу отвлекают?
— Может быть, родители сами пугаются?
— К сожалению, именно так. В итоге детям тяжело воспринимать любую обратную связь, даже очень корректную и грамотно поданную. Дети не готовы к критике в хорошем смысле слова. При этом я знаю, что младшего школьника можно научить воспринимать ее так, чтобы он сам хотел обратиться за помощью, чтобы ему показали, что можно улучшить.
А еще важно в отношении оценок… Я понимаю, что сложно, но надо очень стараться. Не иметь много собственных ожиданий и не проявлять слишком сильно собственные эмоции. У нас происходит как? Ребенок идет в школу, он хочет хорошо учиться — получать пятерки хотят практически все дети. Но вот ребенок возвращается домой и говорит маме, что у него двойка.
Мама ругает или так сильно расстраивается, что ребенок, для которого мама по-прежнему самый значимый взрослый, меняет свою мотивацию. Он больше не старается ради учебы, он старается не рассердить маму.
Но так у него не сформируется навык ставить себе цели и задачи. И здесь правильно не спрашивать в первую очередь, что ребенок получил. Спросите, как у ребенка дела, как настроение. Когда он скажет, что получил такую-то оценку, спросите: «А ты рад этой оценке? Ты расстроился?»
— Чему еще важно научить детей перед школой?
— Авторитету взрослых. Раньше он у нас был безоговорочный, но маятник тоже резко качнулся обратно. Часто родители заведомо этот авторитет разрушают, говоря, что учитель может ошибаться. Если вдруг ребенок жалуется на учителя, родители в присутствии ребенка прямо называют учителя плохим.
Но этого нельзя делать вплоть до пубертата. Ребенку спокойно, когда рядом с ним сильный взрослый, которому ребенок доверяет. Смысл теории привязанности в том, что человеческий детеныш рождается самым незрелым из всех млекопитающих, поэтому на биологическом уровне у него есть эволюционная защитная система: найди значимого взрослого, привяжись к нему, смотри на него, повторяй за ним, слушай его — и так до пубертата.
Ребенок должен быть уверен, что взрослый рядом с ним знает, как надо. При этом важно, что авторитет учителя возникает, когда родители передают этот авторитет учителю как эстафетную палочку: «Сыночек, сейчас я оставляю тебя с Марь Иванной, потому что она тоже взрослая, умная и знает, как надо. Не переживай, тебе будет с ней хорошо и спокойно».
А если я говорю своему ребенку: «Да дура эта ваша Марь Иванна», как он себя будет чувствовать с ней целый день? Что он должен слушать и воспринимать как правду, а что не должен?
Доиграть и дозреть
— Курсы подготовки к школе — это реальная нагрузка и для детей, и для родителей. Какие есть риски?
— Могут быть риски того, что ребенок просто устанет. Когда ребенку меньше года, всех волнует его рост и вес. Когда ребенок идет в школу, многих почему-то волнуют только оценки. Хотя основные задачи этого периода развития никто не отменял, и одна из этих задач — расти. Ко мне на консультацию приводят второклассника, и я спрашиваю: «А на сколько сантиметров ваш ребенок вырос за учебный год?» И если он не вырос на минимальные 6 сантиметров, это один из признаков того, что нагрузка слишком велика, ребенку не хватает энергии.
Понятно, картина сложнее и мы рассматриваем все в комплексе, но тем не менее мы должны понимать, что перегрузка проявляется по-разному. Например, когда ребенок не может контролировать свои эмоции. Представьте, что вы выспались, отдохнули, погуляли, вернулись домой. И тут ребенок что-то сотворил. Вы, отдохнувшая, говорите: «Я расстроена». Теперь представьте, что вы всю ночь не спали, потом поехали закупаться по хозяйству, у вас ремонт, вы целый день ничего не ели, а тут ребенок. Как вы отреагируете? Вы начнете кричать.
Если ребенок не справляется со своими эмоциями, одна из самых вероятных причин — перегрузка, у него нет сил.
Контроль эмоций требует много энергии. Второй вариант — ребенок начнет болеть, организм будет из раза в раз говорить: «Передышка. Передышка». И такое тоже бывает. Ребенок ходил в детский сад и, казалось бы, переболел всевозможными детскими болезнями, но вот в старшей группе ему добавили подготовку к школе, к музыкальной школе, к спортивной, а еще танцы и английский язык, и он вдруг снова начинает болеть.
У него может не хватать энергии на общение. Если ребенку не хватает времени на свободную игру, это отрицательно сказывается на его развитии, потому что в свободной игре он решает важные задачи своего возраста.
А потом в школе ребенку может показаться, что он все знает и умеет, он не научится учиться, слушать, выполнять задания. Речь не про скуку. В норме, если ребенок зрелый, если у него работает произвольное внимание, он должен выполнять задание, даже когда он все уже знает.
— А все-таки такая подготовка может дать что-то полезное?
— Теоретически для особо тревожных детей может быть важно познакомиться с теми, кто пойдет в тот же класс, что и он. Кому-то будет важно почувствовать учебную атмосферу. Но эти задачи можно решить гораздо меньшими и финансовыми, и временными затратами.
В августе, когда классы распределены, можно взять ребенка за ручку, прийти с ним в школу, познакомиться с классным руководителем и помочь расставить парты к 1 сентября или разложить что-нибудь на эти парты, а ребенку заодно показать раздевалку и путь к столовой.
Как только появится чат родителей, можно предложить им встретиться с детьми в ближайшем парке или на детской площадке, погулять и познакомиться, чтобы дети друг друга хотя бы знали в лицо. В какой-то мере это облегчает адаптацию, новое перестает быть новым. И здесь речь не про знания и навыки, а про новую обстановку, нового значимого взрослого, новых ровесников вокруг.
Иногда подготовка может быть полезна самим родителям, которые хотят повести ребенка в школу до 7 лет, потому что им кажется, что ребенок очень умный. В таких ситуациях я радуюсь, если его решают оставить дома еще на один год — лучше дать ребенку возможность доиграть и дозреть.
Фото: freepik.com